Разбойничья дочь. Тоска

271
0
Поделиться:

Далеко от родного дома забрёл князь Василий, мать его все глаза проглядела, на дорогу выходя в надежде сына любимого встретить. Отец, Фома Иванович, на жену покрикивал, чтобы слёз не разводила, а самому на душе ох тошно было. Хороши же друзья-приятели, не спохватились вовремя, за Василием не поехали, пропал князь, ни самого, ни весточки от него который день нет.

Снова вернулись ни с чем люди, которых отправил Фома Иванович по ближайшим селениям, везде о Василии Фомиче расспрашивали, нигде о нём ответа не было.

— Уж как бы нашёлся такой человек, который помог бы моему Васеньке, ничего бы для него не пожалела. Помоги, Господь, — сказала Ольга Петровна, глаза к божнице возводя и частыми крестами лоб осеняя. — Дорогим гостем бы стал.

— Я бы коня ему лучшего подарил, — сказал Фома Иванович, вздыхая и тайком слезу утирая.

Ворвался в горницу разрумяненный Андрей, младший сын Фомы Ивановича, приобнял мать, к отцу подошёл:

— Едет, Василий едет!

Мать заохала, к окну подбежала, Фома Иванович на ноги вскочил. Отворилась расписная дверь, вошёл Василий. Ольга Петровна руками всплеснула, запричитала, на грудь к нему бросилась:

— Исхудал-то как, родненький! Дикие звери изодрали!

— Ну полно, мать, — сказал Василий с ласковой улыбкой. — Поистрепался немного да проголодался, зато по лесам набродился вволюшку.

Фома Иванович молча сына обнял.

Ольга Петровна засуетилась, забегали девки, пятками по полу застучали, стол накрывая. Каких только кушаний и закусок не наставили, будто не поздний ужин, а пир честной.

Вышел из жаркой бани Василий, за столом вся семья собралась, молча посматривают и рассказа ждут.

— И чего переполошились? — спросил Василий, вишнёвый взвар попивая. — Увлёкся да заблудился, в непролазную глушь попал.

— Матушка сулилась тому, кто тебе поможет, любые богатства дать, — сказал Андрей. — Сам ли выбрался, или сундуки с подарками готовить?

Посмотрел Василий на брата и не ответил, крепко задумавшись. Не шла из головы Мария Афанасьевна. Всю дорогу он о ней вспоминал, а не о доме. Хоть и рад он встрече с родными, а по голубоглазой девчонке тоска сильнее.

Потекла жизнь привычная, только Василий Фомич сам не свой. Ни к чему интереса нету, ни к чему душа не лежит. Фома Иванович и охоту соколиную устроил, и катания, и на пир с собой звал, а Василий всё словно через силу. Мать с расспросами приставала, да ничего не вызнала. Вздыхает и вдаль смотрит, совсем иссох весь.

Велела Ольга Петровна лошадку смирную ей запрячь да покатила на окраину. Среди крапивы буйной по тропке прошла к низкому домишке, в оконце стукнула.

Затрещала сорока с ветки, шум подняла, налетел порыв ветра, накидал в глаза пыли. Перекрестилась Ольга Петровна, а с места не сдвинулась.

— Жива ли ты, Божанушка? — спросила Ольга Петровна.

— Никак Ольга-свет Петровна пожаловала? — раздался позади неё скрипучий голос.

Быстрыми шагами приблизилась сгорбленная старуха. Сама трясётся от старости, лицо с кулачок, в морщинах, как печёное яблоко, а глаза чёрные, жгучие, словно насквозь видят.

— Беда с сыном приключилась, Божанушка! Помоги, на тебя одну надежда.

Прошли в избушку, Ольга Петровна на лавку села, всё, что знала, рассказала.

Защёлкала языком Божана, закрутилась по клети. Воды из кадушки в ковшик набрала, золы печной туда бросила, плакун-траву обмакнула и уселась, сухие руки под подбородком сложив. Зашептала Божана над водой слова тягучие, ногой под столом притопывая. Потемнело в избе, загудело в печи, дважды будто кто в заслонку ударил. Обхватила себя Ольга Петровна руками, зажмурилась, ни одна молитва на ум не идёт. Потом потеплело, словно солнышко выглянуло. Приоткрыла княгиня глаза, Божана ей улыбнулась.

— Что узнала, Божанушка? Не томи. Болен Василий? Али сглаз на нём?

— Дело молодое, сердечное. Увидала я, Ольга-свет, по ком сын твой чахнет.

— Вот ведь что, — выдохнула Ольга Петровна. — Время парню жениться, пора нам сватов засылать.

— Не доедут туда сваты ваши, заплутают, в болотах потопнут, — усмехнулась Божана. — Не боярышня зазнобушка его, не княжна, а самая что ни на есть нечисть лесная.

— Ах ты, Господи! — вскричала Ольга Петровна. — Как же быть? Вразуми, Божанушка, научи, не оставь в беде, матушка.

— Что суждено — то связано, — сказала Божана. — Смирись, Ольга-свет, не берись мешать и исправлять, только хуже сделаешь.

— Да как же так, Божанушка?! Любимого сына — и нечисти в зубы?

— Смирись, Ольга Петровна, — повторила Божана.

Ольга Петровна утёрла глаза краем платка, положила на дубовый стол монеты серебряные и пирог постный, поклонилась Божане и пошла вон из избы.

Photo by Mabel Amber on Pixabay

Продолжение: Что загадано

Начало: Пути не выбирая

Text.ru - 100.00%

Автор публикации

не в сети 2 года

Uma

0
Комментарии: 6Публикации: 155Регистрация: 09-09-2020

Хотите рассказать свою историю?
Зарегистрируйтесь или войдите в личный кабинет и добавьте публикацию!

Оставьте комментарий

пять × 3 =

Авторизация
*
*

Генерация пароля