Поднять веки. Одмор-Гамада

283
0
Поделиться:

Дань, вставай, — послышалось над ухом у Савицкого, без ожидаемого продолжения: «Кажется, мы выжили».

Денис активно тормошил парня за плечи, как недавно проводивший такие же махинации Савицкий сам. Парень разлепил глаза сразу, оглядываясь вокруг, неприятно потирая примятую скулу, что лежала на ключице Вишневского слишком долго. Тот встал первый, подавая Данилу руку, подтягивая к себе.

Парень напротив был хоть и помятым, но вполне живым. И сам Савицкий чувствовал себя даже живее, чем в последние пару дней подготовки к экзамену, где слова и предложения меняются местами и становятся просто кашей из букв. Винегретом. Сейчас мозг был, как стёклышко. Савицкий готов был станцевать победный танец от облегчения, взяв бубен… Тьфу, только его одногруппники таким страдали перед экзаменами на перекрёстке в полнолуние… Самое интересное, что только он один из всей группы своей и не сдал.

Ночные страхи под уверенными взглядами друг на друга отступили, и они, ни словом об этом не перебросившись, шагнули в кухню. Запретная тема? Возможно, Данил не хотел уточнять, но и просто так это было не оставить. Он пытался хоть каким-то намеком увидеть желание это обсудить.

Оба не так долго спали, ибо синева сумерек легким сине-фиолетовым дымком тумана только расползалась за окном, расстилаясь белёсым облачком по земле. Вряд ли это явление хронически стояло. В воздухе витал призрачный приятный запах выпечки, словно кто-то не так давно выпекал в духовке сдобу. Хотя скорее в печи. На столе стояла одиноко чашка холодного недопитого чая Данила. Он не задумываясь вылил грязно-коричневую жидкость в ближайший цветок, пока Вишневский в задумчивости упёрся взглядом в окно, перестукивая по раме.

Савицкий ненавязчиво толкнул картонной пачкой сигарет в локоть Денису, на что парень согласно кивнул без каких-либо ненужных слов. Дверь уже практически без скрипа отворилась, не выдавая никакого присутствия посторонних и непрошеных гостей. Денис звучно щёлкнул зажигалкой, поднося к сигарете Данила осторожно. Прикурил и сам, моргая медленно и ещё сонливо, не до конца осознанно, будучи мыслями где-то далеко. Дым в голове не разнесёт уличный ветер, смешав с туманом, как и вопрос, заговорить об этом или лучше не надо. Забыть и сделать вид, что ничего не было? Савицкий не выглядел слишком располагающим к разговорам, ковыряя деревянный горизонтальный брусок узкой веранды. Сидя на ней выглядел ещё меньше, чем был. Денис остановился на том, чтобы переварили оба, и если будет какая-то предпосылка к разговору, то так тому и быть.

— Ой, вы уже встали? — спросила энергично женщина, когда молодые люди вернулись на протопленную кухню с прохладной улицы. Савицкий сразу же покрылся мурашками, но неизвестно, от вопроса неожиданного или просто от перепада температур. — Выспались?

— Ага, — не разделяя ее энтузиазма произнёс Данил за двоих, думая, что он про сон напрочь на пару дней забудет, глуша растворимый кофе, если такой тут есть, нежели ляжет спать с мыслью, что здесь что-то происходит. А чего не знаешь конкретно, того и боишься больше всего, как бы не относился с долей скепсиса.

— Единственное, сквозняк гулял, холодно, — отозвался Вишневский, пока женщина поставила на плиту чайник.

— Дом старый, а комната ваша раньше соединялась с погребом, от досок все это, — ответ звучал для Савицкого невразумительно, он слабо себе мог представить подобное странное и нерациональное дизайнерское решение. Мастер явно был пьян. — В баньке сегодня погреетесь. Хотя вы, городские, два тазика выльете холодной и все… Жарко вам станет, как на сковородке, раньше-то и до ста двадцати сидели! С хмелем будоражащим не баловались, в меру. Веничком похлестаются, на камушки плеснут, а сами в пруд, да по полю! После снова греться и ополаскиваться дубовой ароматной водой!

— Я намерен обязательно попариться дубовым веником! — заявил весело, как ни в чем не бывало, Денис.

— Тебе сколько песка ложить, цурлик? — непонятное слово не оставлено было Денисом без внимания ещё в первый раз вчера, уменьшительно-ласкательное, что и подтвердила женщина кивком головы, кладя в чашку две с половиной ложки сахара. И тут же ложка чайная упала ровно так же, как и вчера. Женщина привычным жестом постучала предметом по столу и продолжила процесс.

— Но сначала нам нужно дойти до центра, правда? — о дверной косяк оперся подтянувшийся к проснувшимся Лёня, что спрятал в кулаке зевок. — Сходить к священнику…

— Так почил он, считайте пару недель назад, господи, храни его душу грешную! — перекрестилась показательно женщина, прикладывая руки ко лбу. — Там только звонарь Ефим, нелюдимый медведь, мало чем вам поможет, вроде, говорят, занемел он, согрешил. Да только вам зачем? — спросила с интересом Людмила, в глаза заглядывая.

— Видите ли, мы не просто же с исследованиями… — заговорщически произнёс Денис, наклоняясь к лицу женщины, точно приоткрывая тайны сакральные. — Мы изучаем быт и фольклор разных регионов России. Священник мог бы нам безусловно в этом помочь, волхвы местные…

— Так что же вы сразу не сказали, вот завтра, начиная с сегодняшнего вечера, праздник у нас местный! — обрадованно и даже облегченно произнесла женщина. — Начинается в восемнадцать минут четвёртого в июльскую ночь Одмор-Гамада! Как раз с памами и нечистью столкнётесь! Кто ищет, тот всегда найдёт.

— Это как? — поинтересовался, выгибая бровь с недоверием и скептицизм, Данил. Что за памы?

— Пан может? — спросил у Дениса чуть слышно Лёня, но женщина услышала и оговорилась, что памы это колдуны, шаманы.

— Это праздник, когда судная ночь наступала, все желающие могли безнаказанно обратиться с наихудшими пожеланиями к памам, всевидящее око Бога в эти моменты закрывалось. А праздник этот называется по-нашему Пляската Оллу, — она выдержала интригующую паузу, пока Денис спешно достал блокнот и начал фиксировать в нем факты наскоро. Она и не торопилась. — Что именуется ещё и Пляской Смерти…

— Что же у вас все мрачное такое… — не удержался от саркастического комментария Савицкий.

— А ты не нуди, — осекла парня женщина, отвешивая мягкий подзатыльник, — сходи вон за водицей лучше в колодец. Не ошибёшься, если налево свернёшь, да не сворачивая после прямо идти на лес будешь, — ничего, естественно, Данил не запомнил. — Иди-иди, смейся. Баклажку не забудь!

— Я и не смеялся, — закатил глаза недовольно Данил, накидывая ветровку Вишневского, что первая под руку попалась. Он ещё что-то пробурчал себе под нос с явным недовольством, подхватывая упомянутый предмет под мышку.

— А почему так называется? — спросил, старательно выводя в блокноте твёрдым почерком полупечатным, Денис, когда парень вышел за дверь, на ходу надевая второй кед. Хоть с лестницы бы не навернулся этот непутевый. Настолько же глиста, что его пополам с этой лестницы крутой переломает.

— Все от мала до велика надевали издавна маски разной нечисти и гуляли до утра, — продолжила степенно Людмила, — как в последний раз, танцуют, чтоб у нечисти своими стать и грешки свои безнаказанно творить! К таким потешная тварь милостива. Надевают все свои самые красивые и дорогие вещи наизнанку, разворачивают нательные кресты, чтобы нечисть их не призрела и не покарала за обман, открещивалась самым громким смехом, чтобы даже нечисть злорадству удивлялась… Не откупится от этого, если прознали — в топи затащут, потому никто друг другу руки в этот вечер не дают, да и гуляют. Говорят, у нечисти лапы медвежьи, а у невежд такие же становятся, коли не уважут. Много этому празднику лет, да только празднуют его раз в шесть… В ночь Выньнияна, что длится шесть дней, и в неё вершится правосудие и благодать.

— Похоже на Ночь Небесного Сварога, — задумчиво произнёс Лёня.

— А она царствует, как раз все оставшееся время, — сказала Людмила, сверкнув потемневшими глазами, что имели отблеск радужной слюды.

— То есть вы благодатью называете раздрай и возможность отомстить недругам, что это окно просвета? — уточнил Вишневский с присвистом беззвучным, положив короткий грифельный карандаш за ухо, как истинный журналюга желтой прессы.

— А разве нет? — парировала в ответ женщина. — В это время все желания сбываются, не обязательно кровавые, стираются границы Яви, Нави и Прави… Нуми-Торум, Калтащ-эква и Кульотыр.

— И на танцевальную чуму тоже похоже, — из коридора показался заспанный Герман, на ходу надевающий футболку на четко вычерченный пресс. — Доказывает связующее разных мест. Очень интересно, Людмила Гавриловна…

— Просто тетя Люда.

— Люди, что оказывались под чёрными мыслями других, могли как-то избежать расправы? — спросил Лёня, лукаво щурясь светлыми глазами, но там плясали дьяволята.

— Конечно, если обратятся к Выньнияну.

— Так просто? — чуть не засмеялся Леонид от очевидности факта, зубами зажимая ягоду вишни за раздвоенный черешок.

— Они должны были посмотреть в его глаза, но сначала поднять веки, — сказала женщина, смерив Леонида двусмысленным взглядом, как бы оценивая степень его испорченности.

— Как наш Вий, — изрёк, подытоживая Денис, продолжая фиксировать химическим карандашом, что от усердия прикусил кончик языка.

— Его и так называют, а ежели нет, то плясать им до самой своей смерти, — с хищной улыбкой произнесла тетя Люда.

— А вы когда-нибудь что-нибудь просили? — прозвучало со стороны Лени довольно неожиданно, алчно до фактов и жгуче.

— Просила, — прямо ответила женщина.

— Расскажете?

— Да коли о желаниях своих рассказывать, так и в пыль превратятся, не сбудутся, — с нотками игры парировала умело Людмила, глядя из-под сведённых бровей. Следы возраста даже на пару мгновений разгладились на ее лице.

— Вот это нам повезло, конечно, местный праздник, красота! — прихлопнул в ладоши Денис, чтобы разрядить повисшую неуютную паузу. Показались вскоре в коридоре головы Ники, Оли и Регины. Только Милена до сих пор спала. — О, девчонки, пойдём в центр вместе или разделимся? Нам тут такое интересное поведали, тетя Люда просто находка! — торжествующе изрёк Вишневский, касаясь плеч сестёр в ободряющем жесте.

— Думаю рационально, что кто-то из нас сейчас в центр пойдёт, например, — начала Ника, — а кто-то тут походит и посмотрит, а вечером соберёмся все вместе и сходим на этот ваш праздник, мы пока собирались, услышали.

— А где Даня? — спросила Оля, поведя плечами от страшного прозорливого взгляда старухи, неловко переминаясь с ноги на ногу.

Photo by freestocks on Unsplash

Продолжение: Отрава

Предыдущая часть: Ночь нам дом

Начало: Чертовы пальцы

Text.ru - 100.00%

Автор публикации

не в сети 3 года

HARØN

0
Комментарии: 1Публикации: 61Регистрация: 17-11-2020

Хотите рассказать свою историю?
Зарегистрируйтесь или войдите в личный кабинет и добавьте публикацию!

Оставьте комментарий

20 − восемнадцать =

Авторизация
*
*

Генерация пароля