Без фантазии. У реки
Анжела лежала в шезлонге на белоснежном полотенце чуть поодаль, где до неё не долетал дым от барбекю и не так слышны были галдящие голоса. Она приехала на природу и хотела видеть природу, а не хмельные лица сотрудников.
— Не помешаю? — спросил Влад и присел на прогретый песок в нескольких шагах от неё, не дожидаясь ответа.
Анжела приподнялась, взглянула на него и опустилась обратно, закрыв лицо плетёной шляпой.
Влад долго смотрел на воду. Она успокаивала, цепляя и унося за собой злые мысли. Хорошо, что он приехал сюда, а не остался дома с Юлей, которая даже своим молчанием способна испортить настроение. Он не любил выходные дома, но когда жена упрекала его в этом, не признавался и легко находил оправдания: он всю неделю на работе, на нервах, имеет право отдохнуть, ему ещё деньги зарабатывать, вся семья на нём. Это была очень удобная позиция — культ кормильца семьи давал ему неограниченные привилегии.
Порыв ветра сорвал шляпу с лица девушки и швырнул её в реку. Анжела вскочила, подбежала к воде. Влад тоже подорвался, без раздумий бросился в холодную воду, скупо выбрасывая руки, поплыл на середину протока и вернулся со шляпой.
— Спасибо, — сказала Анжела, принимая мокрую вещь и прикрывая ладонью глаза от солнца.
— Не за что, — буркнул Влад, запоздало поняв, что в кармане была пачка сигарет, а сухой одежды у него нет. — А у вас приятный голос, — голос и впрямь его удивил. Он совсем иначе его представлял. Капризным, высоким, как у прежней секретарши, которую Ивачёв недавно уволил.
Секретарша была чьей-то родственницей или знакомой, резюме и характеристики имела отличные. И когда на одной из встреч оказалось, что она и пары слов на английском связать не может, Ивачёв сразу же велел ей убираться. Он не любил некомпетентность. На её место пришла Анжела, которая знала несколько языков. «То недолёт, то перелёт, — думал Влад. — Возможности проявить себя во всей красе у Анжелы вряд ли появятся». Он вообще к секретарям относился с настороженностью.
— Раздевайтесь, будем вас сушить, — деловито сказала Анжела, оставив комплимент без внимания, и подала ему своё полотенце. Оно было тёплым и мягким, в отличие от застиранных до состояния жёсткой тряпки, что выдавали здесь.
Мокрые вещи разложили на траве. Влад, получивший статус спасителя и шезлонг в своё распоряжение, распрямил плечи, ссутуленные по привычке, и снова подумал, что со следующей недели пойдёт в спортзал. Отчего-то ему захотелось понравиться Анжеле.
— Почему вы не со всеми? — спросил он.
— Я новенькая. Не тороплюсь вливаться. А вы?
— Да так… Отдохнуть от всех и вся захотел.
— Странное место вы для этого выбрали, Владислав Андреевич, — улыбнулась Анжела.
— О, вы знаете, как меня зовут? — удивился Влад. — Хотя чего это я… Вы секретарь, секретарши всё знают.
— Любите обобщать? Секретари всё знают и спят с шефом, сантехники пьют, журналисты врут, модели глупые, продавцы обвешивают, программисты в свитерах зимой и летом?
— Я не это хотел сказать, — смутился Влад и махнул рукой. — Ладно, именно это я и сказал. А про шефа — правда?
— За всех не скажу, но я с Ивачёвым ничего такого не планирую, — ответила Анжела. — Я молода, и мне нравится быть молодой, а он просто сожрал бы мою молодость. Разница в возрасте в тридцать лет ненормальна.
— Смело вы, однако…
— Я говорю то, что сказала бы в глаза.
Влад задумался. Он никогда не был любителем правды, но многие часто путают правду и неприятное. С женой он не стеснялся в высказываниях, а если она обижалась, говорил, что на правду обижаться глупо. При этом ему была ближе полуправда.
— Вы не учитываете, что молодая любовница добавляет статуса, — сказал Влад.
— Думаете? Василий Эдуардович, что называется, селф-мейд, каким образом неумная девчонка в постели прибавит ему «статуса» по вашему мнению?
— Почему сразу неумная? Тоже обобщаете? — подловил Влад. — Да очень просто — подсознательно все будут считать, что он во всех отношениях молодец.
— А зачем ему, чтобы его кем-то считали? — спросила Анжела и посмотрела на Влада строго. — Я не отрицаю любви, да и в Ивачёва вполне можно влюбиться, но априори человек, который младше на двадцать-тридцать лет, будет глупее, у него банально меньше жизненного опыта.
— Простите, Анжела, но люди ложатся в постель не для обмена жизненным опытом, — рассмеялся Влад.
Послышались приближающие голоса, он обернулся с досадой — Наталья Викторовна намеревалась поиграть здесь в пляжный волейбол с несколькими сотрудниками. Влад натянул на себя мокрые брюки и влажную футболку, поморщился.
— Некоторые люди будто созданы для того, чтобы всё портить, — проворчал он.
— Владислав, вы простудитесь! — не упустила случая проявить заботу Наталья Викторовна. — Вась, дай ему во что переодеться! — крикнула она мужу, который задержался на лестнице, разговаривая по телефону. Ниже у воды связь пропадала.
Ивачёв оторвался от трубки, махнул Владу.
— Зайдите ко мне, возьмите чистый комплект. Анжела Юрьевна, неловко отвлекать, но надо ещё раз отправить «СтройДому» документы, утверждают, что не получили.
— Отправлю, Василий Эдуардович, — сказала Анжела, забрала свою мокрую шляпу и полотенце в желтоватых от речной воды разводах и пошла к лестнице.
Влад догнал её, пошли вместе.
Photo by 99mimimi on Pixabay
Автор публикации
