Суббота
Марина проехала метров триста и велела водителю развернуться.
Парень шёл, втянув голову в плечи.
— Миша! — позвала Марина.
Он обернулся, подбежал к машине. Было заметно, что обрадовался. Поехали к ней. Проскользнули мимо охраны в холле, поднялись на пятнадцатый этаж.
— Проходи, будь как дома, — сказала Марина и усмехнулась: сама-то она себя здесь как дома не ощущала.
Миша огляделся, тихо присвистнул: просторно, хоть балы устраивай.
— Не включай свет, — попросил Миша.
Марина повела его за собой в тёмную комнату. Положила руки ему на плечи. Долго целовались. Она увлекла его на кровать.
— Подожди. Не будем торопиться, — сказал Миша.
— Что? — не поняла Марина.
— У меня от тебя крышу сносит, но не слишком ли рано для интима?
Рано? Ещё бы сказал, что без любви не может сексом заниматься. Или только после свадьбы. Марина рассмеялась. Миша сидел и смотрел на её силуэт, а потом прикоснулся к руке и сказал:
— Перестань, Маринка.
Она поднялась, отбросила покрывало с кровати и ушла в ванную. Миша посидел ещё немного, подумал, разделся и лёг. Поймал себя на мысли, что постель свежая, ему бы не мешало помыться, но он так сегодня устал.
Марина стёрла косметику с лица, приняла душ. Внимательно посмотрела на себя в зеркало. Задело почему-то, что Миша её остановил. Недостаточно хороша для него? Влюблён в Бесцветную?
Когда она вернулась в комнату, парень уже спал. Марина легла чуть поодаль. Миша придвинулся к ней, обнял.
***
На рассвете заорал будильник. Миша подскочил, выключил.
— Ты куда? — сонно спросила Марина.
— В область надо ехать, — ответил Миша, натягивая джинсы. — В детский дом. Мы там концерт устраиваем. Хочешь с нами?
«Не хочу никаких «мы» и «с нами», — подумала Марина, а вслух сказала:
— Лучше приготовлю тебе завтрак.
Миша ел с удовольствием, пил кофе из чашки Виктора Борисовича, рассказывал о планах, и глаза его горели.
«Как у фанатика. Или ненормального», — подумала Марина.
Ни у одного человека в их конторе не было таких глаз.
После его ухода Марина вернулась в постель и расплакалась.
Звякнула смска.
«Мы едем, едем, едем, ещё час и на месте! Просыпайся, с добрым утром!»
«Видела бы ты, как дети обрадовались! В след. субботу опять сюда!»
Миша любил восклицательные знаки. Виктор Борисович писал редко и только по существу. «Будь готова к 19.00». Или «Сегодня не заеду. Спи».
Вечером Миша написал опять: «Я испугался. Лизка навсегда, а такая, как ты — раз в жизни. Упустил единственный шанс. Вот так, Маринка!»
Переписывались до пяти утра. Марина опять спрашивала, выводила на откровенность, восхищалась и смущала. Отбросила в сторону почти разрядившийся телефон, задумалась.
Виктор Борисович свободно говорил на пяти языках, а Миша по-русски пишет с ошибками. Для неё это было признаком необразованности, но… Да все сейчас так пишут. Разве это важно?
«Маринка, а давай встретимся вечером? В нашем сквере, часов в шесть? :)»
«Почему бы и нет? — подумала Марина. — Почему? Из-за Виктора Борисовича? Он верности не требует и сам с ней не заморачивается».
Он спокойно рассказывал ей о случайных связях: «Не ревнуй, детка. Это всего лишь секс, неплохой способ снять стресс».
«Идиотка дрессированная. Сиди и жди, когда он надумает к тебе приехать. Может, завтра. Или через полгода. А может — никогда».
Написала Мише: «До встречи ;)» и закрыла глаза. Снилось что-то сладкое, возбуждающее.
Photo by Warren Wong on Unsplash
Автор публикации
