В стороне
Лиса снова оказалась в спальне Лютика. В большой тёплой комнате, на удобной кровати, в безопасности. Она легла на середину постели, раскинув руки. Здесь не надо прислушиваться к лаю собак, к шорохам за дверью, спать с оружием. Из опасностей, пожалуй, сам Лютик. Кто бы мог подумать, что за несколько лет избалованный сынок чиновника, которого она встретила на остановке, станет главарём самой крупной и влиятельной группировки? Лиса знала, что при всей его лояльности к ней значимых косяков он не простит, и к его угрозам относилась серьёзно.
И в этот раз её здорово подставили. Только чего хотели добиться? Поссорить её с Лютиком, но зачем? Она на него влияния не имеет. Посмотреть, свернёт ли он ей шею за то, за что плохо пришлось бы любому другому? Пока не свернул, но раньше и подобных ситуаций не было.
Появился Богдан, принёс кофе и пакет со льдом.
— Кофе от Лютика, лёд от Мятлика, от меня куча вопросов.
Он обвёл комнату взглядом, отметил, что Лиса расположилась на постели Лютика без лишнего стеснения, и сел на стул, чтобы не занимать кресло хозяина комнаты. Главарь после собрания был не в духе, ходил по общежитиям, проверял посты и был недоволен дисциплиной и порядком. Поэтому сейчас было слышно, как дежурные рьяно скребут ступени метлами и как Серый муштрует новичков из местных на плацу.
— Спасибо, что заступился, Богдан, — сказала Лиса, отпив кофе. — Но больше так не делай. Кто знает, как Лютика переклинит.
— Ничего, переживу как-нибудь. — Богдан улыбнулся. — Серый давно нарывается и до сих пор не отхватил, но давай сейчас о тебе. Мне ты можешь рассказать, как было на самом деле, Лиса. Военные с местными сильно не церемонятся. Это Руст сделал? — спросил Богдан, указав на её лицо.
— Да, но я его не убивала, — сказала Лиса. — Пуля в его башке не моя, даже если тоже из эски. Слушай, Богдан, раз всё так отвратительно складывается… Я могу попробовать достать отчёт о вскрытии Руста…
— Вот это связи у тебя! — Богдан присвистнул и внимательно посмотрел на Лису.
Отчёт она достанет, официальный засекреченный отчёт, как нефиг делать. А вдруг она здесь под прикрытием? А что, вполне себе рабочий вариант. И к Лютику она подобралась намного ближе, на постели главаря лежит по-хозяйски, а его это какого-то чёрта задевает, оказывается.
— Богдан? — голос Лисы вывел его из задумчивости. — В отчёте должно быть указано, что пули разные? Описание этих пуль? Моя эска у Лютика. Пуля из моего ствола будет отличаться от других?
— Будет, Лиса, всё будет, — сказал Богдан. — А как ты с Рустом пересеклась?
— Мы были с ним знакомы раньше, но это было неприятное знакомство. А пару суток назад я нашла туриста. Он хотел посмотреть Урочище, сказал, что его брат решил здесь остаться, он впервые приехал его навестить, привёз ему вещи. Мы бродили по улицам, точного места он не знал, подходил к местным, спрашивал о брате, и вдруг мы вышли прямо на Руста.
— Это подозрительно, да? Ты веришь в такие случайности?
Лиса отложила в сторону лёд и задумалась, вспоминая все подробности того вечера. В случайности, она, разумеется, верила. Чего только не бывает.
— Мне кажется, турист тут был не первый раз, — наконец сказала Лиса. — Он шёл бестолково, метался по сторонам, отвлекался, мы часто меняли маршрут по его прихоти и ни разу не зашли на улицы, контролируемые западными. Да, Богдан, ни разу! То у него шнурок развязался перед улицей западных, а пока он с ним возился, то увидел местного и бросился за ним, чтобы спросить про брата, то его “родственное чутьё” срабатывало, то он вроде как вспоминал, что брат говорил что-то про северную сторону.
— Значит, к Русту он тебя специально вывел, — сказал Богдан.
— Но если и так, то зачем?
— Кто-нибудь знал про Руста?
— Назар знал, но без подробностей, он не в счёт.
— Сам Руст мог растрепать солдатам на КПП. Он мог поспрашивать о тебе у осведомителей, не удивлюсь, если у Серого и Руста общий осведомитель был. Серый подстроил вам встречу и подстраховался. Где был турист, когда всё произошло?
— Он сразу исчез, что было разумно с его стороны.
— Или пошёл следом, сделал фото, а затем пристрелил Руста.
— Тоже возможно. — Лиса зевнула, поморщилась и снова приложила лёд к щеке. — Я две ночи без сна, у меня всё болит, лицо как тыква, Серый забрал мою эску, Лютик бесится из-за военных, военные из-за Руста, и при этом единственное, что я сделала — неудачно прогулялась с туристом.
— Ты скромничаешь, Лиса, — сказал Богдан и невольно улыбнулся.
Он не сомневался в её умении перекрутить ситуацию в свою пользу и оказаться в стороне. Надо быть с ней осторожнее, а он тоже уши развесил. Никто не знает, какие у неё тут игры. Пока он считает Серого главным возмутителем шаткого перемирия между местными и военными, Лиса преспокойно может заварить такую кашу, что все в ней увязнут.
— Я попробую достать отчёт с описанием пуль, — сказала Лиса, пересекла комнату и распахнула входную дверь. Двое бандитов с оружием встрепенулись, отлепились от стены и уставились на неё. Лиса захлопнула дверь и вернулась на постель.
— Ага, я гость, значит, а сам охрану выставил, — сказала она недовольно. — Можно подумать, эти его охранники кого-то остановят.
— Лиса, сейчас неудачное время для финтов. Если сбежишь, то Лютик это расценит как лучшее доказательство твоей вины.
— Да какой вины, Богдан! Военные нас вообще за людей не считают! Ты не представляешь, что там было! Я просто защищалась!
— Значит…
— Нет, не значит! Я правда стреляла ему в ногу. Ты мне веришь?
— Хочу верить, Лиса.
Лиса отвернулась и закрыла глаза. Её задело то, что Богдан ей не верит, но ведь и она к нему долго относилась с настороженностью. А на недоверии ничего хорошего не будет. Ей нравилось думать, что у неё идеальная репутация честного гида, а что на самом деле? Её считают хитрой стервой, которой совсем нельзя доверять?
— Могу я тебя попросить об услуге, Богдан? — спросила она осторожно, почувствовав, как переменилось его настроение. — Скажи Назару, чтобы он поблагодарил заботливого дядюшку за витамины и попросил достать копию отчёта, если это в его силах.
— Я всё передам, Лиса. А ты не делай глупостей.
Богдан покинул комнату Лютика, поговорил с Назаром и направился в белый дом. Здесь его место, а не около Лисы.
За ужином он сидел хмурый, Гусев толкнул его локтем.
— Ты чего смурной? Лютик из-за Лисы тебе шею намылил? А чего заступаться-то полез? Все знают, что она выкрутится.
— И сейчас выкрутится? — спросил Богдан, размазывая по тарелке порошковый омлет.
— А сейчас вряд ли, — со смешком ответил Серый, с аппетитом наворачивающий вторую порцию.
— У них с Лютиком… что-то было? — спросил Богдан и выругался про себя. Не хотел же лезть во всё это, решил ведь, что без Лисы будет лучше.
— Что-то! Да тут стены тряслись, когда он её драл! — сказал Гусев.
— А потом что?
— Потом Лютику надоели её выверты, он завёл себе девочку из Стекляшки, правда, её грохнули скоро, Лиса пришла и такой скандалище закатила, — с набитым ртом сказал Серый.
— А ты что, втрескался в неё? — загоготал Гусев. — Ну ты, блин, подумай сто раз, та ещё зараза.
Богдан поднялся из-за стола под гогот Гусева, едва сдержавшись, чтобы не съездить ему по роже. Налил себе кружку воды, медленно выпил.
— Лютик сегодня рвёт и мечет, — сказал Шам. — Снял моих парней с поста из-за сущей фигни, отравил на гауптвахту, потом в отряд «М» перейдут. Нет, ну когда такое было, чтобы из «А» к местным?
— Ага, лютует, — хмыкнул Серый. — Увалы запретил, теперь здесь сидеть будем и дуреть от его закидонов.
— А я хотел развеяться, — недовольно протянул Шам.
— Вот с метлой завтра и развеешься, ёпт, — сказал Серый.
— И всё из-за тёлки, нет, ну ладно бы причина была!
— Парни, пару партий в бильярд и отбой! — сказал Серый. — Сегодня сам проверю, чтобы отбой чётко по режиму.
Около получаса Богдан просидел в комнате в одиночестве, потом вспомнил болтовню за ужином про отмену увольнений и решил предупредить Назара, но не успел — Назар отправился на гауптвахту за попытку самовольно покинуть квартал.
Продолжение: Тридцать серебряников
Предыдущая часть: По твою душу. Новости
Автор публикации
