Много знаешь

172
0
Поделиться:

Ремингтон скрылся за дверями «Pine Needle» от гула поезда и искр сварки, что мешались с грязью обыденной из-за дождя. Быстро прошёл мимо столов до конца помещения, где чьи-то пальцы грубые и шершавые выводили мелом на коричневой доске отношение ставок в лошадином забеге 1:4, призывая делать ещё, вещая о перспективах обогащения. Рассматривали второе процентное и отношение озвучивали очередное, промежуточное… А монеты в самый маленький эквивалент или чуть больше перетекали с одной кучки расфасованных в другую по несколько раз, и помещение наполнял приятный суетной гул. Создавалось ощущение чего-то уже до боли привычного.

— Бутылку рома, — заказал у парня за стойкой Винсент, слегка прокашливаясь. Чувство было неприятное, ощущал он себя словно туберкулезным больным и сетовал не на такие уж прожжённые легкие и лёгкое щегольское пальто. Перестучал пальцами, уточняя, что лучше две, да взял самолично бокал, щипцы, немного заваливаясь на стойку в успешной попытке дотянуться.

В ухо новенькому, как понял Ремингтон, сразу прилетело шёпотом напарницы, куда более опытной и видавший не только разные агрегатные состояния, но ещё и виды, что это записывать следует за счёт заведения. Винсент попросил отнести заказ наверх, когда будет готово, вместе с фрит фулом* и ростбифом, и, прихватив одну бутылку, пружинисто зашагал по широкой лестнице.

Девушка велела помощнику хозяйничать одному, а сама, повторив пройденный мужчиной путь, ещё некоторое время мялась, стоя перед дверью и прислушиваясь. Всё же не скрылись от прозорливого и до знания охочего взгляда изменения в подаче, и было даже удивительно не увидеть тапенс*, оставленный по привычке, или нагловатый прищур с легким подмигиванием, пока необходимое готовится. Да хоть пары слов. Инстинктивно сжала поднос, посчитав медленно до тринадцати. Стук.

Приглашения зайти и не ожидала. Мужчина же сидел у камина, водрузив на хлипкий кофейный столик ноги, рискуя лишить комнату хрупкого предмета интерьера. В глазах его блестел огонь, вернее, отблески огня, точно уже он затухал от недостатка кислорода и подпитывающие щепки тлели, но Ремингтон сразу перекинул взгляд на зашедшую, в руке лениво болтая граненый стакан уже наполненный ромом и льдом, что был предусмотрен. Смешок его губ коснулся лишь слегка.

— Винсент, заказ, — отрешенно проговорила Оливия, натыкаясь на немое недомогание, что старательно скрывалось за небрежностью и прочими прелестями светской жизни.

— Премного благодарен, — жеманно сказал Ремингтон, без лишнего намёка на дальнейший располагающий диалог.

— Что с тобой творится? — спросила девушка, садясь бесцеремонно на подлокотник, стараясь поймать взгляд сосредоточенных на глубине не этого мира и места серых глаз.

— Ты о чём? — поинтересовался Винсент без особого желания, будучи в непонимании уверен, отпивая жгучий ром, наполняясь горьковатым послевкусием, будто бы изнутри, как и запахом хвои смолистой.

— И вообще, это лишняя, — проигнорировала Оливия, перебивая, забирая со стола ненужный, по ее мнению, предмет. Утопить можно многое, но некоторые подводные камни, о, неожиданность, имеют свойство всплывать через тот или иной промежуток времени уже покрывшиеся водорослями или с признаками сращивания с какой-то осадочной горной породой. — Ты так не пил со смерти… — девушка осеклась, вернее, её осёк насмешливый и внимательный исчерпывающий взгляд, что перекрыл лишь сахарный смешок и хриплый кашель, что когтями неприятно провёл по собственному горлу.

— Не имею желания этого вспоминать, — произнёс Ремингтон с улыбкой с оттенками искристости, но в то же время с чувством того, что улыбка эта треснет, как уроненное зеркало.

— В любом случае не верю, что ты отмечаешь.

«Я не пью, я отмечаю», — резко вспомнилась одна из немногих красноречивых фраз, что слышала Лоуд из уст одного не слишком достопочтенного господина и прожжённого выпивохи.

— Я тебя знаю уже сколько, а ты спрашиваешь о чём… — закатила с насмешкой глаза девушка. Стакан Винсента с ощутимым стуком опустился на стол.

— Тебя не хватятся? — спросил Ремингтон галантно, будто ему до этого и впрямь есть дело. — Щедрые чаевые упустишь, — безучастно заметил граф, улыбаясь с мягкостью тёплой.

— Не переводи тему, — сказала Оливия. — Смену закроют и без меня. Я слышала про завод, это с ним связано? — осторожно поинтересовалась девушка, ведь Ремингтон, как чертова шкатулка. Вот, что туда положишь, то оттуда и достанешь, но изо льда доподлинно известно, что ничего кроме пара или воды не получится.

— Да.

— Я понимаю, что кто много знает, тот обычно долго не живет, и не прошу всё рассказывать мне, — она мягко провела по плечу Винсента. — За свой сон здоровый беспокоюсь, не обольщайся, не о тебе забочусь, — добавила со смешком девушка, однако тут же теряя задор. — Но Винс… Ты выглядишь, мягко говоря, не очень, и если другие это не видят или предпочтут не видеть… — мысль Оливии оборвалась вполне резонным хмыком простой и прописной истины.

— Ты бармен, проницательность заложена в этой профессии, — сказал с нотой елейности Ремингтон, точно только разрешая о себе в какой-то степени позаботиться и сделав вид, что не всё равно, позволяя ладоням тёплым уже более удобно разместиться на своих плечах и груди, да занять колени. — Всё это дело знаешь и уже смотришь в суть людей? — азартный огонёк мелькнул тенью интереса в самых уголках.

— Не моё дело, да и думаю, не захотел бы со мной обсуждать, — заметила девушка, как истинный дипломат. — Но есть человек, который в любое время дня и ночи готов решить любые проблемы.

— Хватит с меня знающих людей.

«И сам ничего знать, пожалуй, не желаю» — хотелось хлестко и ёмко отчеканить, но слова поперёк горла встали не бутылочного. Ремингтон ухмыльнулся, прикрыв глаза на доли секунды, однако смотря прямо в блестящие напротив.

— Да и вообще людей, — добавил без особого желания, облизнув пересохшие потрескавшиеся губы.

— Тебе бы с ним переговорить, он здесь… Макс, — проговорила Оливия уже не мягко, с большим давлением и настойчивостью, пока Ремингтон располагал к диалогу хоть немного, а не прогнал взашей. Сам Винсент перестукивал пальцами, очерчивая в памяти лощёный образ Макса Броудса. — Я тут размышляла на днях…

— Вот это да, и как ощущения? — язвительно, несмотря на благонадежный и доброжелательный тон проговорил граф. — Всё нормально, беспокоиться не о чем. Вынырнул с сухой головой и поступил так, потому что деловой, — слова тяжелые гвоздили и убеждали чёткой уверенностью.

— Верю в это. Но… — Оливию наградили небрежным движением руки прогоняющим.

___________________________________

*Фрит фул (англ. fruit fool) — традиционный английский десерт из фруктового пюре и заварного крема.

*Тапенс (от англ. twopence) — два пенса (разг.)

Photo by Vinicius «amnx» Amano on Unsplash

Продолжение: Замкнутый круг

Предыдущая часть: Представление

Начало: Последняя пинта

Автор публикации

не в сети 3 года

HARØN&Uma

0
Совместные истории авторов HARØN и Uma
Комментарии: 5Публикации: 78Регистрация: 13-08-2020

Хотите рассказать свою историю?
Зарегистрируйтесь или войдите в личный кабинет и добавьте публикацию!

Оставьте комментарий

три + семь =

Авторизация
*
*

Генерация пароля