На высоте
Местность вокруг была однообразной. Разрушенные бетонные перекрытия, разъеденные ржавчиной цистерны, мелкий мусор, гонимый ветром.
— А сейчас посмотрите налево, — сказала Лиса тоном заправского экскурсовода, — перед вами площадка, с которой открывается чудный вид на руины. Мы с вами поднимемся на высоту… Назар, сколько там метров?
— Около двадцати.
— На высоту около двадцати метров, — продолжила Лиса. — Осторожнее, под ногами голубая пыль, которая вызывает раздражение и неприятную сыпь, старайтесь, чтобы она на кожу не попала.
Платон посмотрел наверх, запрокинув голову.
— Мы что, на самый верх подниматься будем?
— Ну да. Увы, лифтов нет.
Подошли к металлической лестнице, которая надёжной не выглядела. Некоторые ступени отсутствовали, кое-где не было ограждений.
— А можно я тут вас подожду? — спросил Платон.
— Перспектива остаться здесь в одиночестве не пугает? Высоты боишься? — усмехнулась Лиса. Сама она тоже боялась. И где-то на высоте шести метров над землёй у неё начинала кружиться голова и предательски подрагивали ноги, но она всё равно поднималась до самого конца. Стоит только один раз позволить себе слабость и преодолеть страх будет невозможно.
— Нет, но…
— Идём вместе, — сказала Лиса и взяла его за руку. — Мы отдохнём на той площадке, где красный флаг, видишь? А Назар и Андрей пусть забираются до крыши.
Платон тоскливо взглянул на тряпку, колышущуюся на ветру и гордо названную Лисой «флагом». Она была посередине между землёй и крышей.
Начали подъём. Лестница скрипела и качалась. Платон нервничал, особенно когда вместо ступени зияла дыра.
— Всё хорошо, — подбадривала его Лиса, идущая следом. — Даже если нога туда соскользнет, ты ведь не провалишься. Спускаться страшнее.
— Спасибо, ты знаешь, как подбодрить, — рассмеялся Платон и вдруг заметил, что страх и впрямь немного отпустил.
Движения стали механическими. Шаг-вдох, шаг-выдох. Лестница перестала трястись, амплитуда их движений совпадала. Руки цепко хватались за поручни, ноги опускались на опору, чтобы сделать ещё шаг, приближающий к цели.
— А вот и ориентир, — сказала Лиса, когда они дошли до середины. — Можешь сфотографироваться на фоне флага, распечатать и поставить в рамку: ты преодолел себя.
Вчетвером перешли с лестницы на площадку, огороженную мелкой металлической сеткой. Назар и Лиса оглядели внимательно периметр, затем мужчина запер за ними импровизированную дверь из такой же сетки. На пыльном полу были одиночные капли крови, парни заметили, как Лиса с Назаром многозначительно переглянулись, увидев их, но комментировать не стали.
— Мы в клетке? — спросил Андрей.
— Мы в безопасности, — ответила Лиса. — Тут очень наглые птицы. Запомните это место. Если что, то здесь можно переночевать, — она подняла с пола яркий жёлтый щит. — Это ставится рядом с флагом в случае, если у вас проблемы или вы ранены. Наши сюда зайдут и помогут.
— За определенную плату, — добавил Назар. — Так что просто так щит не выставляйте.
— Ну что, мы с Платоном здесь, вы дальше?
Назар кивнул, они с Андреем ушли.
— Располагайся, — сказала Лиса, притащив из ближайшего угла матрас. — Вид и отсюда неплохой. Есть надежда, что туман рассеется, ветер усилился. Так что ты говорил про приятеля, которого «покусали немного»?
— Про Эрика? Он в порядке. Не понимаю, как он мог жить здесь, — проговорил Платон вполголоса. — Пустота и разруха.
— Он жил на территории зомби, — сказала Лиса. — Там дома лучше сохранились, здесь промзона была. Это с другой стороны, к северу отсюда.
— Ты знаешь Эрика?
— Все гиды знали, что он там живёт. Странный парень без оружия в окружении вурдалаков. Рада, что с ним всё хорошо и он вернулся домой, — Лиса поднялась, принюхалась. — Я не зомби, но мне кажется, здесь пахнет кровью. И эта замазанная дорожка свежая.
Она подняла с пола погнутый прут и прошлась вдоль стен, где накиданы были матрасы и ветошь. В одной из куч прут наткнулся на что-то. Она осторожно отбросила тряпки в сторону — под ними лежала, свернувшись клубком, мёртвая девушка. Лиса наклонилась, чтобы рассмотреть лицо.
Платон вскочил на ноги, пошатнулся.
— Вот мы её и нашли, — сказала Лиса, поймав его растерянный взгляд. — Отвернись и смотри вдаль. Ничего страшного. Живых бояться надо.
— Что с ней? — не своим голосом спросил Платон.
— «Много покусали», — ответила Лиса. — Точнее только в Стекляшке скажут.
— Давай уйдём, — попросил Платон.
— Поднимемся на один пролёт, — согласилась Лиса. — Там тоже можно отдохнуть.
Они поднялись. Площадка здесь была маленькая и неогороженная, просто ниша, уходящяя внутрь на три метра, как недоделанный балкон. Платон сел в углу. Ему было некомфортно.
— Сядь со мной, пожалуйста, — сказал он.
Лиса села совсем близко, их ноги соприкоснулись, она почувствовала его дрожь. Она вытащила из кармана пистолет и положила рядом. Платон не мог не думать о лежащей внизу девушке.
— Я не понимаю, почему позволяют приезжать сюда девчонкам, — проговорил он. — Не пускать их в этот гадский автобус, чтобы ни одна…
— Я не знаю про вторую, но отец той, в серебряном сапоге, имел хорошую должность в Стекляшке. Она бы всё равно приехала. Есть законы для всех, есть те, кто над законом. Людям нужен адреналин. Поэтому они приехали, поэтому ты здесь.
— Мне адреналина уже хватило, — невесело улыбнулся Платон.
— Сейчас прилетит птичка, — предупредила Лиса. — Не пугайся.
К ним приближалась чёрная птица, летящая по странной траектории. Платон увидел, что у неё есть третье крыло, которое и было, вероятно, причиной дёрганого полёта. Лиса выстрелила. Пуля попала в тело птицы, но та пролетела ещё несколько метров и свалилась на край платформы.
— Клюв у неё мощный, — сказала Лиса. — Некоторым металлическим сплавам по прочности не уступает. Стукнет разок в глаз или в темечко — и привет, — она столкнула ногой птицу.
Платон понял, от кого должна была защищать та сетка внизу.
— Это враждебный мир, — сказал он, поёжившись. — Как дурной сон. Я хочу открыть глаза и понять, что это только приснилось.
— А я открываю глаза день за днём и знаю, что это реальность. Вы живёте в аквариуме, Платон. Но что если однажды он треснет?
Photo by pasja1000 on Pixabay
Автор публикации
